Дай бог

Дай бог слепцам глаза вернуть
и спины выпрямить горбатым.
Дай бог быть богом хоть чуть-чуть,
но быть нельзя чуть-чуть распятым.

Дай бог не вляпаться во власть
и не геройствовать подложно,
и быть богатым — но не красть,
конечно, если так возможно.

Дай бог быть тертым калачом,
не сожранным ничьею шайкой,
ни жертвой быть, ни палачом,
ни барином, ни попрошайкой.

Дай бог поменьше рваных ран,
когда идет большая драка.
Дай бог побольше разных стран,
не потеряв своей, однако.

Дай бог, чтобы твоя страна
тебя не пнула сапожищем.
Дай бог, чтобы твоя жена
тебя любила даже нищим.

Дай бог лжецам замкнуть уста,
глас божий слыша в детском крике.
Дай бог живым узреть Христа,
пусть не в мужском, так в женском лике.

Не крест — бескрестье мы несем,
а как сгибаемся убого.
Чтоб не извериться во всем,
Дай бог ну хоть немного Бога!

Дай бог всего, всего, всего
и сразу всем — чтоб не обидно...
Дай бог всего, но лишь того,
за что потом не станет стыдно.

1990
Евгений Евтушенко.
Ростов-на-Дону: Феникс, 1996.

Человеку надо мало

Человеку надо мало:
чтоб искал
и находил.
Чтоб имелись для начала
Друг -
     один
и враг -
         один...
Человеку надо мало:
чтоб тропинка вдаль вела.
Чтоб жила на свете
мама.
Сколько нужно ей -
                  жила..

Человеку надо мало:
после грома -
             тишину.
Голубой клочок тумана.
Жизнь -
       одну.
И смерть -
          одну.
Утром свежую газету -
с Человечеством родство.
И всего одну планету:
Землю!
Только и всего.
И -
   межзвездную дорогу
да мечту о скоростях.
Это, в сущности,-
                 немного.
Это, в общем-то,- пустяк.
Невеликая награда.
Невысокий пьедестал.
Человеку
        мало
            надо.
Лишь бы дома кто-то
ждал.

У меня немного...

У меня их трое. У меня не много.
Ем на кухне стоя, чтоб никто не трогал.
Я белье не глажу, и полы не мою,
И на ужин даже подаю второе.
Я могу одеться по горящей спичке,
Кошку как младенца нянчить по привычке.
Знаю как построить башню и машину.
Знаю как устроить куклам именины.
Делать я умею шлейф из покрывала.
На сто лет умнее за три года стала.
Я читаю«Ма-ма»! Утешаю...«Мамаааааа»!
Отвечаю«Мама?» И качаю«Ма-а-ма».
Свое счастье строим в маленькой квартире.
У меня их трое. А хочу четыре......
Будет и четыре, может даже пять
Лишь бы сил хватило, малышей поднять!
Лишь бы не сломаться только б не устать,
У меня четыре, а хочу я пять)
Я хочу здоровья, мира и любви,
Я хочу терпенья, мудрости хочу!...
У меня их шестеро, может это много,
Коль скажу не складно — не судите строго.
Жить, конечно, сложно, времени в обрез,
Надо б по режиму, а выходит-без.
Вроде встанешь — рано, а уж кто-то встал,
И умыться в очередь, и умыть, кто мал.
Мне велосипедов и не сосчитать,
Только в коридоре их примерно пять.
И на кухне тесно, всем не сесть за стол,
В спальне как в каюте — двухэтажный сон.
И хотя ругаю я детей порой
Если что, за каждого встану я горой...
Так опять на кухне кто-то чашку грохнул!
Может с ними трудно, но без них-то ПЛОХО!
У меня их шестеро, может кончен счет,
У меня их шестеро, а я хочу еще...
Народилось летом нам седьмое чудо.
— Вот теперь вам хватит!? — слышу отовсюду.
— Как же их прокормишь? — Кормим понемножку,
На обед сварили полведра картошки.
В магазине дети пять лопат купили.
Пачку пластилина в унитаз спустили.
Держим мы зеленку в двухлитровой банке.
Если вместе крикнем — слышно на гражданке!
Делаем уроки строго по программе,
Школьные программы все знакомы маме.
Деток не бывает мало или много
Детки все родные, детки все от Бога!
Вслед вздыхают люди: — Во дает мамаша!
Мне пока не много, хочется двойняшек!!

Оригинал: http://roizman.livejournal.com/1668511.html

Стих

От страсти у мужчины кровь бурлила,
И женщина с улыбкой на устах
Сказала, что себя бы разрешила
Поцеловать, но только в двух местах.

О, мужики - святая простота!
Он к женщине придвинулся поближе
И попросил быстрей назвать места...
Она сказала: "В Риме и в Париже!"

Жизнь это жизнь

Будет трудно – крепись,
Будет больно – не плачь,
Будет ветер – не гнись,
Глаз в ладони не прячь.
Если грозы – смотри,
Если слезы – сотри,
Если страшно – держись,
Помни: жизнь это жизнь...

Евгений Евтушенко. Ольховая серёжка

Уронит ли ветер в ладони серёжку ольховую,
начнёт ли кукушка сквозь крик поездов куковать,
задумаюсь вновь и, как нанятый, жизнь истолковываю,
и вновь прихожу к невозможности истолковать.

Себя низвести до пылиночки в звёздной туманности,
конечно, старо, но поддельных величий умней,
и нет униженья в осознанной собственной малости –
величие жизни печально осознано в ней.

Серёжка ольховая, лёгкая, будто пуховая,
но сдунешь её – всё окажется в мире не так,
и, видимо, жизнь не такая уж вещь пустяковая,
когда в ней ничто не похоже на просто пустяк.

Серёжка ольховая выше любого пророчества.
Тот станет другим, кто тихонько её разломил.
Пусть нам не дано изменить всё немедля, как хочется, –
когда изменяемся мы, изменяется мир.

И мы переходим в какое-то новое качество,
как вдаль отплываем к неведомой новой земле,
и не замечаем, что начали странно покачиваться
на новой воде и совсем на другом корабле.

Когда возникает беззвёздное чувство отчаленности
от тех берегов, где рассветы с надеждой встречал,
мой милый товарищ, ей-богу, не надо отчаиваться –
поверь в неизвестный, пугающе черный причал.

Не страшно вблизи то, что часто пугает нас издали.
Там тоже глаза, голоса, огоньки сигарет.
Немножко обвыкнешь, и скрип этой призрачной пристани
расскажет тебе, что единственной пристани нет.

Яснеет душа, переменами неозлобимая.
Друзей, не понявших и даже предавших, – прости.
Прости и пойми, если даже разлюбит любимая,
серёжкой ольховой с ладони её отпусти.

И пристани новой не верь, если станет прилипчивой.
Призванье твоё – беспричальная дальняя даль.
С шурупов сорвись, если станешь привычно привинченный,
и снова отчаль и плыви по другую печаль.

Пускай говорят: «Ну когда он и впрямь образумится!»
А ты не волнуйся – всех сразу нельзя ублажить.
Презренный резон: «Всё уляжется, всё образуется…»
Когда образуется всё – то и незачем жить.

И необъяснимое – это совсем не бессмыслица.
Все переоценки нимало смущать не должны, –
ведь жизни цена не понизится и не повысится –
цена неизменна тому, чему нету цены.

…С чего это я? Да с того, что серёжка ольховая,
кукушка-болтушка, мне долгую жизнь ворожит.
С чего это я? Да с того, что серёжка ольховая
лежит на ладони и, словно живая, дрожит...

Песенка Остапа Бендера

Нет, я не плачу и не рыдаю,
На все вопросы я открыто отвечаю,
Что наша жизнь игра, и кто ж тому виной,
Что я увлекся этою игрой!

И перед кем же мне извиняться,
Мне уступают, я не смею отказаться.
И разве мой талант и мой духовный жар
Не заслужили скромный гонорар.

И согласитесь, какая прелесть,
Мгновенно в яблочко попасть, почти не целясь,
Орлиный взор, напор, изящный поворот,
И прямо в руки запретный плод.

О, наслажденье скользить по краю
Замрите, ангелы, смотрите, я играю,
Моих грехов разбор оставьте до поры,
Вы оцените красоту игры.

Подход к проблеме

При всех делах, при максимуме сложносей
Подход к проблеме все-таки один
Желанье - это тысячи возможностей
А нежеланье - тысячи причин

В одно окно смотрели двое

В одно окно смотрели двое:
Один увидел - дождь и грязь,
Друго - листвы зеленой вязь,
Весну и небо голубое.

В одно окно смотели двое...

Борис Пастернак - Зимняя Ночь

Мело, мело по всей земле
Во все пределы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

Как летом роем мошкара
Летит на пламя,
Слетались хлопья со двора
К оконной раме.

Метель лепила на стекле
Кружки и стрелы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

На озаренный потолок
Ложились тени,
Скрещенья рук, скрещенья ног,
Судьбы скрещенья.

И падали два башмачка
Со стуком на пол.
И воск слезами с ночника
На платье капал.

И все терялось в снежной мгле
Седой и белой.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

На свечку дуло из угла,
И жар соблазна
Вздымал, как ангел, два крыла
Крестообразно.

Мело весь месяц в феврале,
И то и дело
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

1946

В дверях Эдема

В дверях Эдема ангел нежный
Главой поникшею сиял,
А демон мрачный и мятежный
Над адской бездною летал.

Дух отрицанья, дух сомненья
На духа чистого взирал,
И жар невольный умиленья
Впервые смутно познавал.

"Прости, - он рек, - "тебя я видел,
И ты не даром мне сиял.
Не все я в небе ненавидел,
Не все я в мире призерал!"

Волкодав

Я когда-нибудь стану героем, как ты...
Пусть не сразу, но все-таки я научусь...
Ты велел не бояться ночной темноты,
Это глупо бояться - и я не боюсь!

Если встретится недруг в далеком пути,
Или яростный зверь на тропинке лесной -
Попрошу их с дороги моей отойти:
Я не ведаю страха, пока ты со мной.

Я от грозного ветра не спрячу лицо,
И в суде не смолчу, где невинных винят.
Это очень легко - быть лихим храбрецом,
Если ты за спиною стоишь у меня.

Только даром судьба ничего не дает -
Не проси, не допросишься вечных наград:
Я не знаю, когда - но однажды уйдет,
И покинет меня мой защитник, мой брат.

Кто тогда поспешит на отчаянный зов?
Но у края, в кольце занесенных мечей,
Если дрогнет душа - я почувствую вновь
Побратима ладонь у себя на плече.

И такой же мальчонка прижмется к ногам,
Как теперешний я, - слабосилен и мал, -
И впервые не станет бояться врага,
Потому что героя малец повстречал...

На этой суетной планете

На этой суетной планете,
Как бы кудряво ты не жил,
Нет хуже ничего на свете
Жалеть о том, что не грешил,
О том, что глупостей не делал,
Инстинкту волю не давал,
Да только старил своё тело,
Среди других, как все, шагал!

Роберт Рождественский

- Отдать тебе любовь?
- отдай
- она в грязи
- отдай в грязи
- я погадать хочу
- гадай
- еще хочу спросить
- спроси
- допустим постучу
- впущу
- допустим позову
- пойду
- а если там беда?
- в беду
- а если обману?
- прощу
- стой! прикажу тебе
- стою
- запри для друга дверь
- запру
- скажу тебе: убей
- убью
- скажу тебе: умри
- умру
- а если захлебнусь?
- спасу
- а если будет боль?
- стерплю
- а если вдруг стена?
- снесу
- а если узел?
- разрублю
- а если сто узлов?
- и сто
- любовь тебе отдать?
- любовь
- не будет этого
- за что?
- за то, что не люблю рабов...

Стих

Слишком мало - сказать "Прости"
Слишком много - ответить "Прощаю"
Слишком глупо просить "Не грусти"
И нечестно совсем - "Обещаю"
Безнадежно звучит - "Я был должен..."
И обманчиво - "Знаешь, я тоже..."
Непонятно - "Я думал, мы сможем..."
Как-то робко совсем - "Быть может..."
Проникновенно - "Сказать я хочу..."
И с надеждой - "Не стоит, может..."
И нежданно - "Тебя все люблю..."
И печально - "И я тебя тоже..."
Грустно - "Часто тебя вспоминаю..."
И с печалью в глазах - "Я знаю"
И вздыхая - "Мне сны сняться..."
И в ответ - "В них тебя обнимаю..."
Твердо - "Я во всем виноват..."
Со слезами - "Не стоит, мы оба..."
Горько - "Как вернуть все назад?"
Плача - "Если бы знала, давно бы..."
Нежно за руки взяв - "Прости..."
Губ коснувшись слегка - "Я прощаю..."
Крепко-крепко обняв - "Не грусти"
И поддавшись - "Я обещаю..."
Очень страшно услышать - "Пора..."
Слишком сложно ответить - "Мне тоже..."
И наивно - "Мы встретимся вновь?..."
И жестоко ответить - "Быть может..."
Слишком мало сказать - "Прости"
Слишком много ответить - "Прощаю"
Очень страшно сказать - "Отпусти..."
Невозможно сказать - "Отпускаю..."

Слово о любви

Любить — это прежде всего отдавать.
Любить — значит чувства свои, как реку,
С весенней щедростью расплескать
На радость близкому человеку.

Любить — это только глаза открыть
И сразу подумать еще с зарею:
Ну чем бы порадовать, одарить
Того, кого любишь ты всей душою?!

Любить — значит страстно вести бои
За верность и словом, и каждым взглядом,
Чтоб были сердца до конца свои
И в горе и в радости вечно рядом.

А ждет ли любовь? Ну конечно, ждет!
И нежности ждет и тепла, но только
Подсчетов бухгалтерских не ведет:
Отдано столько-то, взято столько.

Любовь не копилка в зашкафной мгле.
Песне не свойственно замыкаться.
Любить — это с радостью откликаться
На все хорошее на земле!

Любить — это видеть любой предмет,
Чувствуя рядом родную душу:
Вот книга — читал он ее или нет?
Груша... А как ему эта груша?

Пустяк? Отчего? Почему пустяк?!
Порой ведь и каплею жизнь спасают.
Любовь — это счастья вишневый стяг,
А в счастье пустячного не бывает!

Любовь — не сплошной фейерверк страстей.
Любовь — это верные в жизни руки,
Она не страшится ни черных дней,
Ни обольщений и ни разлуки.

Любить — значит истину защищать,
Даже восстав против всей вселенной.
Любить — это в горе уметь прощать
Все, кроме подлости и измены.

Любить — значит сколько угодно раз
С гордостью выдержать все лишенья,
Но никогда, даже в смертный час,
Не соглашаться на униженья!

Любовь — не веселый бездумный бант
И не упреки, что бьют под ребра.
Любить — это значит иметь талант,
Может быть, самый большой и добрый.

И к черту жалкие рассужденья,
Все чувства уйдут, как в песок вода.
Временны только лишь увлеченья.
Любовь же, как солнце, живет всегда!

И мне наплевать на циничный смех
Того, кому звездных высот не мерить.
Ведь эти стихи мои лишь для тех,
Кто сердцем способен любить и верить!

- - - - -
Эдуард Асадов. Зарницы войны.
Повесть. Стихи. Поэмы.
Москва: Военное изд-во, 1989.